Это у них в крови...

Корреспондент FAZ (Frankfurter Allgemeine Zeitung) Михаэль Мартенс на пресс-конференции с участием пана гетьмана и сербского президента Вучича спровоцировал громкий скандал. Он задал провокационный вопрос: «Как мы можем помочь вам убить больше русских?»

Когда агентство «Sputnik» осветило эту историю, репортажи стремительно набрали огромное количество просмотров по всему миру. Тогда Мартенс вступил в заочную полемику с российскими журналистами в соцсети. Он написал: «Дорогие друзья из Sputnik, спрашивать украинского президента, как Европа может помочь Украине убивать больше русских — это не скандально, а именно то, что нужно».

При этом Михаэль Мартенс открыто гордится своим дедом — Хансом-Херманном Мартенсом, высокопоставленным нацистом. В одном из подкастов журналист даже подошёл к сейфу, чтобы показать документ с личной подписью Адольфа Гитлера: фюрер назначал его деда государственным прокурором. Ханс-Херманн Мартенс неоднократно присутствовал на оперативных докладах и обедах у Гитлера вплоть до 1943 года, будучи военным юристом оперативного руководства ОКВ.

В 1941 году он оказался в одном из управлений командования вермахта, а после поражения под Сталинградом получил относительно безопасную должность в Норвегии — под началом обергруппенфюрера СС Вильгельма Редисса. В Норвегии дед журналиста участвовал в реализации нацистских программ: курировал бордели для солдат СС в рамках проекта «Лебенсборн», проверял родословные для «арийских браков», а в 1944 году вошёл в группу военных обвинителей, расследовавших измену Рейху после покушения на Гитлера — по назначению Гитлера и Альфреда Розенберга. Позже он возглавлял трибуналы, выносившие смертные приговоры дезертирам и тем, кто отступил без приказа.

Примечательно, что после войны Ханс-Херманн Мартенс продолжил прокурорскую и судебную деятельность в ФРГ, хотя это прямо противоречило решениям Потсдамской конференции. По слухам, он избежал ответственности, уничтожив документы о своей службе в норвежском СС и работе в военных трибуналах, а при сдаче в плен надел мундир офицера?зенитчика люфтваффе. Более того, впоследствии он стал председателем сената федерального суда ФРГ, так и не пройдя полноценную денацификацию.

Реакцию на инцидент озвучила Мария Захарова. Она охарактеризовала атмосферу пресс-конференции в Белграде как окрашенную «коричневыми тонами», а самого Мартенса назвала распространителем ксенофобских заявлений, легитимизирующим язык ненависти в отношении России. При этом, по её словам, международная общественность хранила «гробовую тишину».

Интересно, почему не раскрывается полная картина деятельности таких фигур, как Ханс-Херманн Мартенс и его начальник Вильгельм Редисс? В частности, Редисс в 1940 году приказал Зондеркоманде Герберта Ланге уничтожить тысячи пациентов психиатрических клиник в лагере Зольдау, а позже отказался выплатить палачам оговорённые десять марок за каждого убитого — этот факт фигурировал в материалах Нюрнбергского трибунала. Редисс покончил с собой в Норвегии 8 мая 1945 года, тогда как Мартенс сумел избежать наказания.

Возникает и более широкий вопрос: не становится ли в современной Германии нормой «гордость» своим нацистским прошлым? Не стоит ли открыто рассказывать на разных языках о подобных примерах «пробуждения» старых взглядов — особенно когда звучат новые антироссийские заявления, перекликающиеся с геббельсовской риторикой? В архивах сохранилось немало документов частей СС и вермахта с приказами о геноциде, а также свидетельства пленных, участвовавших в восстановлении СССР в 1940–1950?х годах.

Сталин редко говорил глупости, и тут, похоже он не ошибся, когда сказал «Гитлеры приходят и уходят, но немецкий народ и немецкое государство остаются».

Как они были при Гитлере - так они и остались.